ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ НАЧАНАЯ С 1994 ГОДА МЕЧТАЛ О РУССКОМ ПИЛОТЕ! С 2010 ГОДА МЕЧТАЛ ЧТОБЫ РУССКИЙ ПИЛОТ БЫЛ НА ПЬЕДИСТАЛЕ! И ВОТ ГРАН ПРИ АВСТРАЛИИ...ЖЕНА БЫЛА В ШОКЕ, КОГДА Я КАК ДИТЯ ПРЫГАЛ НА КРОВАТИ СЖАВ ГУБЫ РУКИ И ПРОЧЕЕ, ЗАМЕРЕВ НА ПОСЛЕДНИХ 3 КРУГАХ...И КАК ДИТЯ РАДОВАЛСЯ 3 МЕСТУ ПЕТРОВУ! ВИТАЛИК МОЛОДЕЦ! ТЫ ПОДАРИЛ ИСТИННЫМ РОССИЙСКИМ БОЛЕЛЬШИКАМ НАСТОЯЩУЮ РАДОСТЬ И НАСЛАЖДЕНИЕ ОТ ПРОСМОТРА ФОРМУЛЫ 1. УРА-УРА-УРА!

ИНЖЕНЕР ИЗ ЯПОНИИ

- Появление у Петрова нового японского инженера Айо Комацу - тоже случайное совпадение?

- С каждой из двух машин в любой команде работает своя инженерно-техническая группа. И у каждого человека в этой группе - четко очерченные функции. Самый главный среди них - гоночный инженер, которым сейчас и является Комацу. Фактически это пульт управления пилотом. Под ним - так называемый "перфоманс-инженер", отвечающий за стратегию и тактику самой гонки, а также инженер по двигателю и аэродинамист. Плюс еще 40 узких специалистов второго плана.

Гоночный инженер в ответе за все, что касается его гонщика и машины. Это ключевая фигура. В свое время гоночными инженерами были такие известные личности, как Эдриан Ньюи, например, или Патрик Хед. Этим людям, не поверите, зачастую платят больше, чем гонщикам, у них колоссальный опыт и знания.

В прошлом году Комацу был у Петрова "перфоманс-инженером". А гоночным работал человек с именем - Марк Слейд, который сделал чемпионом мира Мику Хаккинена, Кими Райкконена, а сейчас является руководителем инженерной группы Михаэля Шумахера. Очень сильный специалист. Но гонщик и инженер обязаны подходить друг другу, если хотите, как муж и жена, то есть стопроцентно. Это крайне важный момент для максимальной отдачи.

Слейд с Петровым друг другу не подходили. Марк более жесткий, а Виталик такой человек, которого к себе сначала нужно расположить. У него невероятное чутье, он приезжает с трассы и говорит: "Вот это, мне кажется, не вполне хорошо работает". А ему отвечали: "Сиди и молчи. Вот это белое, это - черное, мы тебе машину сделаем, будешь ездить". Но Петров, хоть и новичок, сделан из другого теста. И Комацу это понимает. Он в силу своего японского менталитета и более мягкого характера готов часами слушать, объяснять, разжевывать. Айо будет делать это до тех пор, пока Петров с ним не согласится.

Важнее в "Формуле-1" мало что есть. Там, где люди - штучный товар, необходимо полное взаимопонимание. Мы даже пресс-секретарей трех поменяли, пока нашли нынешнего, нас устраивающего. Слейд стремился к лидерству и авторитаризму, с Комацу же Петров идет в ногу.

- Кто принимал решение убрать Слейда и назначить Комацу?

- При назначении Комацу нашим мнением не интересовались. За 4 этапа до конца прошлого сезона стало ясно, что Слейд уходит. Начались поиски, потом Айо попросил дать ему возможность попробовать себя на тестах, и у него получилось. Лично я уход Слейда потерей не считаю. Марк нашел новую работу, команда возражать не стала. Это не было разрывом в скандальном смысле слова, все отнеслись к решению Слейда с пониманием. Конечно, когда Шумахер не попал в третий сегмент австралийской квалификации, а Петров оказался шестым, хотя мог быть и четвертым, без шуток не обошлось. У "Лотус Рено" и "Мерседеса" боксы рядом, так наши комкали бумажки и швыряли их через стену в болид Михаэля. Что поделаешь, "Формула-1" - это серпентарий.

Виталий Петров: "Я сразу понял, что гонка закончена"

19:38 MSK 10/04/2011, воскресенье

До 53-го круга Гран При Малайзии казалось, что после отличной гонки в Альберт-парке Виталий Петров вновь финиширует в первой десятке и заработает важные очки. Но все перечеркнула кочка на обочине автодрома Сепанг – подскочив на ней после небольшой ошибки россиянина, его Renault R31 получила "повреждения, несовместимые с гонкой".

"Честно говоря, я сам пока не могу понять, как это произошло, – рассказал Петров. – Все произошло в сложном повороте, я знал, что меня догоняет Льюис Хэмилтон, но до финиша было совсем близко, а шины пребывали в неплохом состоянии.

Незадолго до этого я наехал на фрагменты резины, которых сегодня было много на трассе. Из-за этого возникла недостаточная поворачиваемость, я слишком широко вышел из поворота – и в этом месте оказалась большая кочка. Когда машина взмыла в воздух и ударилась о землю, я сразу понял, что гонка закончена".

Также Виталий сказал, что в тот момент, когда его машина летела над землёй на полутораметровой высоте, он не испытывал особенного страха: "Я не испугался – просто понял, что сейчас будет сильный удар. На самом деле, куда страшнее, когда во время аварии вы видите надвигающуюся стену".

Комментируя свое выступление, Петров добавил: «Я допустил небольшую ошибку, последствия которой оказались несоразмерно серьёзными. Сегодня мы должны были вдвоем финишировать в десятке сильнейших, но есть и хорошая новость – у нас есть скорость, чтобы хорошо провести этот сезон».

Свою точку зрения о случившемся высказал и руководитель Lotus Renault GP Эрик Булье. "Должен сказать, этот прыжок со стороны выглядел жутко, – признался он . – Когда такое происходит с техникой Формулы 1, приземление никогда не обходится без последствий. Этот раз не стал исключением, причем машина пострадала весьма серьезно. Сход стал исключительно следствием жесткого удара о землю.

Когда я увидел, что рулевая колонка сорвана с креплений и находится у Виталия в руках, то сразу понял – что-то пошло не так. А когда на повторе показали, сколь высоким был прыжок, все встало на свои места. Он смог продемонстрировать свое мастерство, сохранив контроль над машиной, не слушающейся руля».

Балин, за 2 круга до финиша. Реально обидно!
Вот и покупай Рено теперь, руль на кочках отваливается)

Оценивая выступление Виталия Петрова, Эрик назвал главной причиной схода россиянина неудовлетворительное состояние обочины: «На повторе было отчетливо видно, как высоко подпрыгнула машина, потому при приземлении она получила столь серьёзные повреждения. Техника Формулы 1 не рассчитана на такие нагрузки, рулевая колонка не выдержала».

В этом, кстати, с Булье согласился резервный пилот Force India Нико Хюлкенберг: «На гоночных трассах просто не должно быть столь опасных кочек, особенно в таком месте – на выходе из быстрого поворота. Скорость там превышает 200 км/ч, и в итоге машина подлетела в воздух на два метра».